Загрузка...

Первопечатник Иван Фёдоров — от первых книг до типографии в Николаеве

Первопечатник Иван Фёдоров — от первых книг до типографии в Николаеве

У Ивана Фёдорова, первого книгопечатника России и Украины, дата рождения условная и находится где-то в промежутке предполагаемых годов между 1510-1530. Некоторые украинские исследователи сегодня отрицают первенство Фёдорова в деле книгопечатания на Украине. Стоит разобраться почему.

Фёдоров, необыкновенно талантливый и образованный человек, мог бы успешно продвигаться по церковной лестнице и жить безбедно. Но он стал друкарём, работал не для славы - самоотверженно мечтал «духовные семена… по свету рассеивать», жил в беспросветной бедности, в долгах – всё и до конца дней поглощала друкарня. Гонимый ненавистью и угрозами быть убитым церковными писцами-конкурентами, как прокажённый, переезжал с места на место, но от «книги – чуда, сотворённого в печатне», не отказался. Сыну в наследство передал лишь долги, и безвременная смерть 25-летнего сына была связана с невыплаченными долгами отца. Быть первым, с нуля одержимо налаживать невиданное дело всегда труднее, чем его продолжать. Но покоя на украинской земле, где он похоронен, не стало и после смерти для этого великого человека, носившего в душе Благую Весть служения духовному просвещению людей: его бессмертная душа пережила перезахоронение, использование надгробной плиты для покрытия монастырского пола, разгром музея книги, перенесение памятника, и вот его подвижнический, героический труд первопроходца кто-то бездоказательно называет заурядным, следуя далеко не новой моде быть отрицателем, вершителем истории, «сбрасывая с корабля современности» таких, как печатник Москвитин. Такая позиция вызывает желание не отрицать голословно, а разобраться в проблеме.

862-й считается годом создания славянской азбуки и письменности греческими святыми Кириллом и Мефодием, ставившими цель - донести Слово Божье славянским народам, у которых вместо письменности было всего лишь примитивное рисуночное письмо для изложения 2-3-х ребусных предложений экономического характера. В 1564 году начало всему русскому книгопечатанию положил Иван Фёдоров, самоотверженно мечтавший, чтобы потекли реки мудрости по всем краям земли русской. Оба события по значимости и величию были равноценны.

В старину, с появлением славянской азбуки, заморские книги переводились на славянский язык и переписывались от руки грамотными монахами. На изготовление одной книги-рукописи уходило до пяти-семи лет. Писец должен был обладать чётким и красивым почерком. Каждая буква часто даже не писалась, а рисовалась, иногда золотом или серебром. Начальную строку новой главы выделяли красными чернилами, отсюда и пошло выражение «начать с красной строки». Переписанные листы украшали рисунками. Книгу одевали в деревянные переплёты, обтянутые теснённой кожей, на обложках помещали драгоценные камни, золотые или серебряные застёжки. В старину любили говорить: «Книжное слово в жемчугах ходит». Книга стоила больших денег: одну книгу можно было обменять на табун коней, на стадо коров, на собольи шубы. Во время неприятельских нападений люди уносили за надёжные крепостные стены не только хлеб и воду, но и книги. Сначала книги переписывались только в Киеве на крутом берегу, где возвышается Софийский собор. Один из киевских летописцев написал восторженную Похвалу книгам, её помнят и в наше время: «Книги – реки, напояющие Вселенную мудростью. Великая польза бывает от книжного учения. В книгах - несчётная глубина, ими мы в печали утешаемся…» Московский митрополит Макарий, живший в пору Ивана Грозного, приказал собрать книги, ходившие по Руси, и составить чтения на каждый день всего года. Эти 12 толстых томов составлялись много лет, были названы «Великие Четьи Минеи», в них разместилась целая библиотека древнерусской литературы.

А между тем немецкий мастер Иоганн Гуттенберг в средине XV века придумал отливать литеры из металла, набирать из них строчки и с помощью пресса оттискивать буквы на бумаге. Вскоре печатни-типографии появились и в Италии, Чехии, Франции, Англии, Польше, Черногории. Первым книжным печатником в Белоруссии и Литве был талантливый доктор Франциск Скорина родом из города Полоцка. В Кремлёвских палатах у Ивана Грозного находилась обширная библиотека европейских печатных книг.

С расширением Московских земель понадобились книги, чтобы писать законы, отправлять службу, вести переписку, учить детей грамоте. Созданные артели переписчиков не удовлетворяли спроса. Когда же Иван Грозный в 1550 году решил завести в Москве Государственный Печатный двор в Китай-городе, то новое и трудное дело поручили «умельцу, коего и в чужих землях не сыскать» - Ивану Фёдорову, который служил дьяконом в храме Никона Гостунского в Московском Кремле и слыл в многолюдной Москве книжником, человеком смышленым, разумным, широко образованным (знал не менее семи языков), был мастером на все руки, гравёром, литейщиком, лучшим из писцов, по быстроте и красоте написанного не превзойдённым никем. Иван был родом из малоизвестного белорусского дворянства, отучившись в 1529-32 годах в Краковском университете, в юности жил и работал на Украине и был известен как пушечный мастер. Много лет Иван ждал этого дня, и с благословения митрополита Макария за работу взялся с превеликой радостью. Для учёбы и помощи Фёдорову из Дании был прислан типограф Ганс Миссингейм. Печатня открылась в Москве 19 апреля 1563г. Первая книга «Апостол» в 2000 экземпляров до сих пор поражает своим торжественным видом. Если «Апостол» выпускали год, то на «Часовник» уже ушло всего два месяца. «Часовник» стал книгой для многих, по нему учили детей грамоте. Иван Фёдоров, наделенный умом, талантом и трудолюбием великим, верил: книги его подобны золотым трубам, возвещающим миру необходимость согласия и добра. Но после смерти митрополита Макария, который поддерживал Фёдорова и помогал ему в становлении печатного дела, писцы-подьячие, лишившиеся заработка из-за печатни, пустили шёпоток, что Печатная изба – дело «недоброе», а печатники связаны с нечистой силой и занимаются колдовством. По ночам на Никольской истошно кричал кто-то, что печатников давно пора отдать воронам на съедение, а Печатный двор спалить - судя по всему, последующий за угрозами поджог друкарни был-таки умышленным. Потому печатные буквы с гордостью сообщали в «Часовнике», выпущенном 7 августа 1564г: «Окончена эта книга подвигами и тщанием, трудами и снисканием», а мастер, поцеловав книгу, сказал: «Думал, не успеем закончить». Оставаться в Москве было опасно, потому «Часовник» была второй и последней книгой, выпущенной Фёдоровым в России. И когда 03.01.1565г. Иван Грозный, царь-заступник, из Москвы переехал в Александровскую слободу, овдовевший к этому времени первопечатник с малолетним сыном-помощником Иваном и верным учеником Петром Мстиславцем уехал в Литву, оставив часть типографского хозяйства талантливому ученику Андроннику Невеже, который, переждав лихую годину, впоследствии с успехом возобновил печатное дело в Москве. Слава о золотых руках Фёдорова докатилась из Московии до Литвы, его ласково принимал сам король Сигизмунд II Август, а гетман Григорий Ходкевич основал для Ивана друкарню в своём имении Заблудове, прославившемся изданием «Евангелия» в 1568г. Называть печатника стали Иваном Друкарём Москвитиным. Когда по экономическим причинам типографию закрыли, Фёдоров переезжает в богатый и славный город Львов. Бедность была постоянной спутницей Друкаря, поэтому на создание во Львове печатни он вымаливал, словно милостыню, деньги у равнодушных русских и греческих купцов - те отказывали, а помогли небогатые священники и прихожане. На собранные средства заводит мастер печатню во Львове в 1574 году. С этого года на украинской земле началось печатание. С энергией взялся Москвитин за новые дела, приговаривая: «Был чужак, стал свояк». Во Львове в 1574 г. Фёдоров выпускает первый букварь для «скорого младенческого научения». Писать первый Букварь было некому, и Иван взялся за работу сам: тщательно писал-рисовал буквы, находил упражнения, примеры, чтобы дети учились и письму, и цифрам, и добрым делам, и хорошим мыслям, позаботился о красивых заставках-виньетках. Букварь получился на славу. А в самом её конце премудрый автор поместил обращение к «возлюбленному русскому народу», советуя всем учить детей грамоте. О таких книгах в старинной азбуке сказано: «Книжная премудрость подобна есть солнечной светлости». Так родился наш первый печатный учебник – Букварь, являющийся отцом всем последующим Азбукам, Грамматикам и Словарям.

Нелегко жилось Фёдорову во Львове: также, как и в Москве, одолевали писцы, а в 1579 году типография вместе с книгами была заложена еврею Израилю Якубовичу. Иван был рад, когда князь Константин Острожский, хлебосол и гостелюбец, пригласил его в своём родовом замке, расположенном между Львовом и Киевом, завести печатню. Сын Иван, которого все с симпатией называли Друкаревичем, остался в городе, чтобы торговать книгами во Львове, Кракове и Москве. В Остроге и продолжил неутомимый Друкарь своё печатное дело. Многое удалось сделать Фёдорову в Остроге, в том числе и Первый русский печатный календарь со стихами белорусского поэта Андрея Рымши на каждый месяц. От 5 мая 1581 года ведут начало наши первые печатные календари. В Остроге Фёдоров параллельно служил управляющим Дерманского монастыря. Из всех его книг наибольший успех выпал на долю изданной им в 1580-81 Острожской Библии. Она самая знаменитая среди других первопечатных славянских книг. Лучшие библиотеки мира гордятся ею и ныне как чудом печатного искусства. Только шрифтов, неслыханное дело! было использовано шесть, заставки, концовки, разнообразные орнаменты на свыше шестистах страницах. Один иноземный книжник, посмотрев Острожскую Библию, воскликнул в восторге, что за один лист этой книги он бы отдал всю Англию. Воистину, как читаем на подписи в старинной книге, «эту книгу ни продати, ни отдати нельзя». Царь Иван Грозный охотно дарил Острожскую Библию знатным иностранцам - книга разошлась по всей Европе, владельцы берегли её как зеницу ока. Потому большое число экземпляров и дошло до наших дней, славя своим внушительным видом дело рук Друкаря. Вновь разорившись, Фёдоров заложил острожскую печатню и поселился во Львове в семье сына. С 26 февраля по 23 июня он совершает поездку по Европе, посетил Краков, Вену, Дрезден, где его принимали не только как первопечатника, но и как политического деятеля Руси, а также писателя, полиграфиста-новатора, военного инженера – ведь он отливал пушки, изобрёл складную многоствольную мортиру с взаимозаменяемыми частями, давнюю предшественницу «катюш». Умер Иван Фёдоров во Львове 5 декабря 1583 года, похоронен в Свято-Онуфринском монастыре, на надгробии надпись: «Іоанъ Феодорович Москвитинъ». Через три года после смерти отца, после помещения в долговую тюрьму в 25-летнем возрасте, спустя 6 лет после собственной свадьбы, умер его сын Иван при таинственных обстоятельствах. Судя по тому, что его наследницей была только жена Татьяна, детей у них не было.

Но нельзя не сказать о проблеме, вдруг возникшей после обнаружения, ещё в XIX веке, надгробной плиты печатника с надписью: «…друкарь Москвитин… своим тщанием друкование занедбалое обновил…» - появилась альтернативная теория более раннего начала книгопечатания на Украине. И хотя до нас не дошло ни одной напечатанной строчки, подтверждающей достоверность этой теории, по мнению отдельных украинских исследователей, в XV веке во Львове существовала типография, которую в 1460г. её владелец Степан Дропан подарил монастырю св. Онуфрия. Её деятельность со временем якобы прекратилась, а Фёдоров лишь возродил печатное дело в городе. В 1925г. впервые сформулировал альтернативную теорию Иларион Огиенко в работе «История украинской печати», а позже её развили Орест Мацюк, Яким Запаско и Владимир Стесенко. Однако эта теория подверглась жёсткой критике со стороны другого украинского исследователя - Евгения Немировского. Тщательно изучив Хроники монастыря св. Онуфрия, Немировский подтвердил, что в 1460 году Дробан действительно пожертвовал монастырю денежные средства и земли, однако никаких упоминаний о типографии там нет. Современные сведения из Википедии дополняют исследования Немировского: Москвитин заложил острожскую печатню, но выкупить её ему уже было не суждено. Только через 21год после смерти Фёдорова по желанию епископа Гедеона Балабана львовское православное братство выкупило эту типографию. Большая часть этой печатни была подарена Ставропигийскому братству, одна из оставшихся частей в 1604г. переехала в Стрятин, вторая в 1616г. – в Клирос. В 1791 году монахи предъявили ряд претензий Ставропигийскому братству, притязая и на типографию. Цель у монахов была одна – заполучить печатню, а не ставить под сомнение первенство печатника Фёдорова во Львове. Монахи явно не знали, что искомая типография появилась в монастыре через 21год после смерти Фёдорова. Надпись на плите подсказала монахам неудачный тактический ход, чтобы достичь цели. Немировский также отмечает, что в 1460 г. типографий не было ни в одном европейском городе, кроме немецкого г.Майнца, где работал первый печатник Европы И.Гутенберг, в биографию которого деятельность во Львове никак не вписалась. Праведные труды Евгения Немировского по восстановлению истины сегодня всё же не всех убеждают в нерушимости этой правоты, таким образом, вопрос остаётся открытым.

И всё же, написано пером – не вырубишь топором. Почему же столь неоднозначно содержание эпитафии: «…друкарь Москвитин… своим тщанием друкование занедбалое обновил…» – какой-то булгаковский текст с загадками. Давайте разгадывать.

Для начала, открывшуюся во Львове в 1574г печатню рассмотрим как личное детище Фёдорова, работа которого то останавливалась, то возобновлялась. Первопечатником он был в Москве – это непререкаемый факт, отражённый в эпитафии: «друкарь Москвитин». Его, белорусского дворянина, по месту его первой печатни ещё в Литве стали называть Москвитиным - так было принято. И в Европе его принимали как Москвитина. Поэтому в содержании надписи отчётливо слышится мысль: друкарь и свой, и одновременно московский, т.е. из московского княжества. И ещё: Фёдоров менял место работы исключительно в тех случаях, когда дело останавливалось, т.е. становилось «занедбалым». В Москве это случилось по причине утраты покровителей, в остальных случаях - по причине банкротства. Приехав в богатый Львов, друкарь возобновил своё «занедбалое» дело только после того, когда буквально вымолил у горожан деньги для открытия печатни, т.е. «своим тщанием друкование занедбалое» как дело всей своей жизни «обновил», т.е. восстановил. Всё сходится. И это первая правда.

Во втором варианте поисков, рассмотрим печатню как дело государственное, а не личное. Для этого обратимся к истории и географии государств XV-XVIвв., т.к. часть современных украинских земель в разное время являлась территорией Польши, Литвы, Речи Посполитой, Украины.

Во-первых, украинская земля как Киевское княжество, с 1362 по 1569 входила в состав Великого Литовского княжества. Конкретно в Киевском княжестве Фёдоров не жил, но, родом из Белоруссии, он с Литовским княжеством был связан по факту своего рождения и месту работы в Заблудове – после отъезда из Москвы в 1565г. В 1525 году, когда Фёдорову было только 15 лет, в Литве первопечатник Франциск Скорина издал первую книгу «Апостол» в литовской столице Вильно. Таким образом, Фёдоров с изданием «Евангелия» в 1568г. в Заблудове, т.е. Литве, куда входили и украинские земли, не являясь первым, государственное литовское «друкование занедбалое обновил…». И это вторая правда.

Во-вторых, часть украинских земель с городами Львов и Острог, когда там работал и умер Фёдоров, находилась под властью Речи Посполитой – польско-литовского государства, существовавшего со времён Люблинской унии с 1569 по 1795 годы. Сам же Львов с 1349 по 1772 годы входил в состав Польши, где первопечатник Гюнтер Цайнер из Аугсбурга в 1474 году в Кракове, ровно на 100 лет раньше, чем Москвитин во Львове, издал первую книгу. Фёдоров в 1574г. во Львове, в составе Речи Посполитой, не являясь первым, действительно возродил, т.е «обновил», но не конкретно львовское, а именно государственное польское «занедбалое друкование». В 1583г. на надгробной плите было ещё рано писать об украинском первопечатнике – об этом скажут намного позже. И это третья правда.

В-третьих, об Украине как зарождающемся самостоятельном государстве можно говорить с 1647 года, когда против польско-литовского гнёта вспыхнуло восстание запорожских казаков, переросшее в Освободительную всенародную войну 1648-54гг. После Переяславской рады 1654г. Украина, хоть и под властью России, всё же обозначилась как отдельное, стремящееся к самостоятельности государство. С точки зрения современных границ Украины, во Львове, где до Фёдорова печатни никогда не было, друкарь Москвитин, и никто кроме, является первым украинским типографом с первой украинской печатней. И это четвёртая правда.

Загадка легко разгадывается: у каждого времени – своя правда. По здравому смыслу, побеждает правда третья, но на западе Украины сегодня ведутся ожесточённые споры по этому поводу, даже надпись на памятнике переделали соответственно. Однако это никак не умаляет величия трудов Ивана Фёдорова.

Уйдя из жизни совершенным бедняком, Иван Фёдоров навсегда прославил и обессмертил себя и свои книги. В 1977г. при монастыре был открыт музей Фёдорова, но его в 90-х гг. ликвидировали монахи-базилиане, захватившие храм. Пришлось и музей, и установленный здесь памятник (скульптор А.Галян) с трёхфигурной композицией, изображающей во весь рост Ивана Фёдорова с учениками Петром Мстиславцем и Андроником Невежею, перенести на ул. Коперника, 15-А, где он находится перед зданием Музея искусства старинной украинской книги. В 1909г. в центре Москвы, на месте бывшего Печатного двора, воздвигнут памятник Ивану Фёдорову (скульптор С.Волнухин) с надписью: «Друкарь книг, пред тем невиданных». В Санкт-Петербурге есть типография, носящая имя прославленного первопечатника. В 1941г. режиссёр Григорий Левкоев снял художественный историко-биографический фильм «Первопечатник Иван Фёдоров». В 1991г. на киностудии им. Горького режиссёрами Ю.Сорокиным и Ю. Швырёвым был снят пятисерийный фильм «Откровение Иоанна Первопечатника», в прокате – «Иван Фёдоров». В Киеве и Львове есть улицы, носящие имя Ивана Фёдорова. В 1998г. на Московском подворье Троицко-Сергиевой лавры была освящена икона, изображающая митрополита Макария и первопечатника диакона Ивана Фёдорова рядом с типографским станком. В 2009г. Русской православной старообрядческой церковью был прославлен как святой диакон Иоанн – словенским книгам печатник.

Николаевцам, конечно же, будет интересно узнать о первых печатнях в Николаеве. Историк литературы Мирошниченко Евгений Гордеевич написал об этом в ряде своих культурологических книг, восстанавливая хронику книгопечатания в Северном Причерноморье. Он сообщает, что николаевская адмиралтейская типография была четвёртой в Северном Причерноморье. Первая губернская друкарня по воле Потёмкина в 1791г. была учреждена в Кременчуге. В 1797г. по предложению председателя Черноморского адмиралтейского правления Н.С.Мордвинова организовать в городе корабелов и моряков гражданскую типографию «Черноморская адмиралтейская» в Николаев приезжает книгоиздатель Семён Иоанникеевич Селивановский, чья типография в Москве служила одновременно и словолитней, отличаясь образцовыми шрифтами. Уже через несколько месяцев после приезда типографа в Николаеве был напечатан «Букварь французский…» А через год николаевское общество, не говоря о различного рода картах и грамотах, получило 7 разножанровых книг. До 1820 года это была во всём крае единственная типография, выпускавшая в среднем по пять книг в год, среди которых были речи великого князя Константина Павловича и ода по случаю его посещения города, художественные и публицистические произведения Петра Захарьина, стихи С.Боброва. В 1800г. Селивановский вернулся в Москву, оставив мастеров и вполне налаженное типографское хозяйство с двумя печатными станками и несколькими десятками пудов русских, французских и немецких шрифтов разной величины. В 1860 году в типографии было уже 5 ручных печатных станков. В конце 1864 года типография была передана в аренду для печатания первой городской газеты «Николаевский вестник». А культурную традицию книгопечатания продолжили появившиеся частные типографии. До конца XIX века в Николаеве были напечатаны 240 книг. В первое десятилетие XX века вплоть до 1917 г. в городе на Южном Буге функционировали 14 типографий, выходило большое количество местных газет и 10 журналов.

От потомков - низкий поклон и глубокая сердечная благодарность и великому человеку, вложившему нам в руки Книгу, и славным патриотам-подвижникам, положившим начало книгопечатанию в нашем крае.


Зоя Шаталова,
учитель-методист,
председатель литературной студии
«В начале было Слово»
Поделиться:
Комментарии