Загрузка...

Когда хочется, чтобы память об умершем человеке была действительно светлой

Владимир ПерепадинВладимир Перепадин

Волнует ли нас мнение окружающих о себе? Несомненно. Но мы в обычных ситуациях храбримся и говорим, что нам плевать на то, что подумают о нас другие. Потому что это наша жизнь и мы сами – ее хозяева и поступать будем так, как считаем нужным. И это справедливо ровно до тех пор, пока мнение общественности не начинает вносить в моральное состояние, жизнь, бизнес или карьеру нелицеприятные изменения.

Говорят, «на чужой роток не накинешь платок». И правда, слухи распространяются очень быстро. Особенно, если событие резонансное, в наличии недостаток официальной информации и небольшой населенный пункт. А вот предъявить кому-либо претензии по поводу возникновения и распространения слухов оказывается чрезвычайно непросто.

Адвокаты говорят – это «недоказуемо». Чиновники и иже с ними, как правило, очень осторожны, и знают, где можно себе позволить сказать лишнее, а где – нет. В коридорах, за спиной, вполголоса произнесенная реплика, отсутствие свидетелей при личном разговоре… Вот так и получается: слух есть, вред репутации нанесен, а виновных как бы и нет.

Но в некоторых ситуациях молчать просто невозможно. В таких, когда речь идет о сохранении доброй памяти о людях, которые имели статус участника боевых действий и участника АТО. Для родных потеря любимого, дорогого человека – большое горе. И тем большую душевную рану наносят расспросы и выявление сплетен, вранья по поводу умершего человека.

Ко мне в частном разговоре обратилась мать умершего недавно 21-летнего Владимира Перепадина Людмила. Она работает учительницей в казанковской школе, всеми уважаемый человек, который и своих сыновей воспитала достойными людьми. Все, кто знал Володю, уверяют, что парень был хороший, честный.

Людмила Николаевна рассказала, что с того момента, как начались боевые действия в зоне АТО, ее младший сын изъявил большое желание выполнить свой гражданский долг и поэтому пошел на службу на контракт. 27 августа 2016 года он принял присягу, заключив двумя неделями ранее контракт в звании солдат, по специальности водитель многофункциональных автомобилей, специалист 3 класса. С 22 сентября непосредственно пребывал в зоне проведения антитеррористической операции. Повидал за это время многое.

Но рассказывать всего нельзя. В АТО заболел. 2 дня пробыл в санчасти с высокой температурой. Но спешил поскорее выписаться. Не придал значения заболеванию и возможным осложнениям. Что и говорить о полноценном обследовании, которое стоило бы произвести, но его не было.

Мама, узнав о том, что сын собирается на контракт, была категорически против. Но Владимир все же настоял на своем и уехал в часть проходить обучение.

В этом году Володя приехал на майские праздники домой, вместе с семьей – мамой и старшим братом Антоном отпраздновали 9 мая… Через пару дней он отправился в Одессу: сделал заказ на Военторге и оставил адрес друга, который проживал там. Но товаров своих он так и не дождался.

16 мая – обычный день, не предвещавший ничего плохого. Людмила Николаевна пришла со школы и готовила на кухне еду, когда на экране телефона появился вызов от неизвестного абонента. Чужой голос сухо, без эмоций произнес: «Ваш сын умер. Приезжайте в Одессу, заберите его». Все. Никаких соболезнований, никаких объяснений.

Людмила не поверила. Подумала, что ее пытаются обмануть какие-то мошенники. Начала звонить Володе, в часть… К сожалению, позже эта информация подтвердилась.

На похоронах было очень много людей – не менее 200 человек по оценкам присутствовавших там людей. Родители детей, которые ходили в класс Л. Перепадиной, первыми вместе с родными и соседями вызвались помогать в организации похорон и обеда. Разумеется, близкое окружение знало причину смерти, не очень близкое – расспрашивало тех, кто мог знать. А знали, или считали, что знают, непосредственно в местном военкомате. В слухах упоминались какие-то «предварительные заключения», «официальные версии», по поселку стали ходить сплетни о том, что на самом деле было убийство или самоубийство, несчастный случай от злоупотребления алкоголем или даже использование наркотических препаратов… Была и версия болезни, однако она выглядела неубедительно по причине того, что люди практически всегда склонны думать о других хуже, чем есть на самом деле.

В коридоре военкомата сама Людмила Перепадина слышала небрежно и с презрением брошенную фразу: «Ну перебрали ребята». То есть, сотрудники военкомата, не выясняя особых подробностей, позволяют себе обсуждать эту тему, будто это покупка в магазине. Но даже если бы и было обсуждение – имели ли они право разглашать подобную информацию посторонним людям вообще, тем более не разглашать, а подавать совершенно неправдивую информацию – то есть откровенное вранье? Конечно, нет. Но у матерей, которым возвращают сыновей неживыми, обычно не получается привлекать к ответственности подобных нарушителей. Хотя за такие действия предусмотрено наказание.

«Моего сына считают непонятно кем – алкоголиком, наркоманом. А как мне с этим жить? Почему я должна себя чувствовать виноватой перед людьми, когда смотрю им в глаза? В чем моя вина и в чем виноват мой сын?», - произносит со слезами на глазах убитая горем мать.

И то количество людей, которое пришло на похороны, свидетельствует в пользу этой семьи: было много друзей Владимира, приезжали его сокурсники (он учился в Криворожском национальном университете на электротехническом факультете, Украинском политехническом техникуме (Кривой Рог), приезжали сослуживцы из «УРАНА», приходили местные ребята и девушки, коллеги Людмилы, соседи, родители детей разных выпусков… Приехала и невеста – Валентина Симонько. Незадолго до этого пара обсуждала, как и где будут проводить свадьбу, Володя шутливо спросил у матери, готова ли она нянчить внуков…

У Владимира Перепадина был позывной «Смайлик». Говорят он был улыбчивым парнем, который с оптимизмом смотрел в будущее, успокаивал всех, говорил, что все будет хорошо. И окружающие верили в это. Говорят, даже в свой последний путь он отправился со своей неизменной лучезарной улыбкой…

Неужели пришло бы столько проводить в последний путь человека, который этого не заслужил при жизни своими добротой, умением дружить, человечностью, принципиальностью, честностью… да и много чем еще. Все эти люди не поверили в ту причину смерти, которую называют охочие до сплетен нечистоплотные сотрудники вышеупомянутого учреждения.

Я намеренно не указываю ни имен, ни фамилий, равно как и не утверждаю, что это делали все без исключения сотрудники. Пусть те, кто это говорил, прочитают мою публикацию и хотя бы на минуту задумаются о том, ЧТО они сделали и к чему это привело. И возможно, где-то глубоко внутри у них проснется совесть. А если они сделали это не по злому умыслу – то в следующий раз, прежде чем произносить какую-либо фразу касательно погибшего АТОшника, они несколько раз подумают, стоит ли им ее произносить, или же поступить как гласит пословица – «молчание – золото».

Людмила Николаевна обратилась с просьбой разместить заключение о смерти сына в интернет-ресурсах, чтобы казанковцы могли ознакомиться с истинной причиной смерти Владимира Перепадина. В нем значится «отек головного мозга» и «энцефалопатия неуточненной этиологии». Вот так недолеченная болезнь дала о себе знать, когда беды совсем никто не ожидал. Конечно, хотелось бы узнать комментарий врачей, которые проводили медосмотр по поводу этой болезни. Зато не возникает сомнений, что в заключении не указано даже намека на «алкогольную интоксикацию» (или другую), и это автоматически исключает версию «перебрали ребята».

После подобных событий невольно задумываешься: «А по какому праву люди, причастные к этим данным, даже не разглашают, а искажают информацию о причине смерти человека?» А нет у них таких прав. Это «право», которым наделяет их безнаказанность. Ведь пока это недоказуемо – это плоскость профессиональной и человеческой моральной этики. Жаль только, что мы в последнее время редко ее навещаем.


Когда хочется, чтобы память об умершем человеке была действительно светлой

Когда хочется, чтобы память об умершем человеке была действительно светлой


Юлиана Шепель
Поделиться:
Комментарии